Open login
Тахир Ибрагимов (Таха)
06.07.2014 15:20   

ТАХИР ДЖАЛАЛИДИНОВИЧ ИБРАГИМОВ

Тахир Джалалидинович Ибрагимов (Таха) родился 8 марта 1947 года. Детство Тахи прошло на джаз-волнах радио «Голос Америки», а юность с рок-н-ролл хитами на алма-атинских концертных площадках. Музыкальное образование Тахира ограничилось тремя классами в Музыкальной школе им.Байсеитовой по классу кларнета. В юные годы он понял, что барабаны – его судьба, его жизнь.

 

 

В 1969 Тахир собрал в Алма-Ате первое джазовое трио с Георгием Метаксой (фортепиано) и Фархадом Ибрагимовым (контрабас, бас-гитара), родным братом - с которым впоследствии прошли и джаз, и рок, и медные трубы. Вскоре трио выросло в джазовый ансамбль «БУМЕРАНГ». В 70-х, 80-х «БУМЕРАНГ» под руководством Тахира Ибрагимова при участии многих талантливых казахстанских и российских музыкантов играет важнейшую роль в становлении ориентал-джаза, участвует в различных всесоюзных и международных фестивалях, и к концу 80-х входит в пятёрку лучших советских джазовых ансамблей.

На Алма-Атинском джаз-фестивале в 1988-м они выступают квартетом с известными московскими музыкантами Александром Пищиковым (тенор-саксофон) и Игорем Широковым (труба), потом объезжают фестивали в Риге, Талине, Ереване, Тбилиси и Ашхабаде, открывают 1-й Международный Московский джаз-фестиваль.

В 1992 году квартет БУМЕРАНГ при участии трубача Юрия Парфёнова и известнейшего в Европе гитариста Энвера Измайлова выступает на Ежегодном всемирном джазовом фестивале «Pori Jazz 92» в Пори (Финляндия), на одной площадке с такими выдающимися мировыми музыкантами как Юзеф Латиф, Оркестр Каунта Бейси, органист Джимми Смит, пианист Джордж Шерринг.

На джаз-фестивале в Архангельске в 1992-м году они знакомятся с Хансом Тамменом и играют на европейских подмостках в проекте этого крутого германского джаз-гитариста в 1993-м под именем Kassel Kazakhstan Kombo. Тогда Таха сотрудничал с такими выдающимися музыкантами как Хуго Шольц (саксофон-баритон), Детлеф Ландек (тромбон), Игорь Широков (труба).

Надо отметить, что помимо джаза в разные периоды Тахир также работал в Корейском эстрадном оркестре «АРИРАН», в эстрадном ансамбле «АРАЙ» с Розой Рымбаевой, Эстрадно-симфоническом оркестре радио и телевидения Каз ССР, а также преподавал класс ударных в алматинских образовательных заведениях.

БУМЕРАНГ выпустил три пластинки на звукозаписывающем лейбле «Мелодия»: «Бумеранг» (1984), «Орнамент» (1985) и «Мираж» (1986). А Таха, первым из казахстанцев стал членом Всемирной джазовой ассоциации!

Это был большой успех, Таха находился в творческом прорыве, состоянии неукротимой мощи, барабанного тайфуна. Он достиг высочайшего мастерства, умея лаконичной игрой создать плотный ритм, легко жонглируя тембрами и акцентами, зажечь, довести эмоции до накала и обрушиться мощной альто-крэшевой дробью. Характерная черта Тахиных барабанов – основанный на смещённом к «железу» балансе, удивительно легкий саунд, как будто сотканный из тысячи парящих в воздухе серебряных песчинок, а также выразительное исполнение: без излишеств, но вкусно, понятно и удобно для других музыкантов в сессии.

Творческое амплуа Тахира Ибрагимова выражалось в сочинении и исполнении джаз-рока, замешанного на среднеазиатской музыкальной культуре. С того времени он постоянно интересовал известных музыкантов, от которых поступали предложения по европейским джаз-проектам.

Но Таха остался в Алма-Ате, переживая вместе с родиной десятилетний кризис духовности, ставший тяжёлым испытанием для музыкантов. В середине 90-х он выступал в местных клубах, а в 1996-2000 годы вместе с братом Фархадом Ибрагимовым играл в группе ROCKSONAKY. В компании Руслана Кара (вокал, гитара) и Адиля Байысбаева (клавиши) они углубились в этно-рок. К тому времени уже наступила творческая зрелость, и Таха отдал должное року: барабанная линия проведена сквозь саму жизнь.

В 1998 году Таха в составе алматинского сикстета выступает на Ежегодной джазовой Конференции в Нью-Йорке.

Тахир Ибрагимов заслужил всеобщее уважение и почтение, его по праву считают основателем джазовой культуры в Казахстане и подвижником в музыке. Он стал товарищем и наставником местных музыкантов, которые прозвали его Батенькой. Очень много Таха отдавал именно молодёжи, наставляя и делясь опытом.

Когда человек решит для себя, что музыка неотделима от его собственной жизни, всё вдруг станет другим, мир преобразится… И наступит Праздник! - сказал Таха в наказ молодым музыкантам.

Тахир Ибрагимов, Гражданин Мира, покинул нас летом 2006-го, оставив людям ориентал-джаз и тепло в сердцах.

http://www.jazz.kz/?p=pubs&s=ibragimovt

Источник: www.applerock.kz

http://www.applerock.kz/index.php?show=razd&razd=3&cont=108

 

Тахир Ибрагимов. Воспоминания близких.

12-04-201

История про человека, который родился 8 марта.

Когда у него появился самодельный барабан, его первый ансамбль состоял из одного аккордеониста, трубача и гитариста с семистрункой. По ночам он рисовал схемы расстановки музыкантов на сцене.

«Тахир Джалалидинович Ибрагимов (Таха) родился 8 марта 1947 года. Детство Тахи прошло на джаз-волнах радио «Голос Америки», а юность – с рок-н-ролл хитами на алма-атинских концертных площадках. Музыкальное образование Тахира ограничилось тремя классами в музыкальной школе им. Байсеитовой по классу кларнета. В юные годы он понял, что барабаны – его судьба, его жизнь».

Брат Фархад:

– Таха старше меня на четыре года. Я 51-го, он 47-го года. Таха любил и защищал меня всегда. Он с детства был хулиганом, подвижным, не мог сидеть на месте. Время было тяжелое, послевоенное, шла массовая демобилизация. Офицеры возвращались со службы домой. Крутясь на двух работах, отец практически нами не занимался. Мать – матушка – сначала работала на «Казахфильме». Когда ВГИК в годы войны располагался в Алма-Ате, мама была студенткой. Однокурсниками моей мамы были Нонна Мордюкова, Сергей Столяров, Инна Макарова, Людмила Шагалова, Владимир Зельдин – тот самый «учитель танцев», который, кстати, маме руку и сердце предлагал. Но она уже была замужем. Мама прошла фотопробы у Эйзенштейна, когда режиссер собирался приступить к съемкам второй части «Ивана Грозного». Вторая часть фильма снималась на «Казахфильме». Работала мама еще и помрежем на съемках фильма «Наш милый доктор». Я помню, как молодые Шакен, Ермек заходили в нашу квартиру по улице Калинина. Мама доставала винцо, водочку и тут же начинала готовить лагман. Такой была атмосфера нашего детства. Таха учился в 10 школе, которая находилась на месте нынешней гостиницы «Алма-Ата». Это было одноэтажное здание школы с французским уклоном. Французский язык был его любимым предметом. Уже тогда он любил все иностранное.

Все началось с исключения Тахи из пионеров за очередную хулиганскую выходку. Всю школу построили на линейке, вынесли красное знамя. Помню, старший пионервожатый ходит туда-сюда, суетится. Таху с позором выводят, звучит короткая речь, и вот с него уже снимают пионерский галстук. Напротив шеренга из барабанщиков стучит дробь. Таха потом рассказывал, как он плакал от обиды и одновременно слушал барабаны, думая: «Вот как клево стучат». Так состоялось первое знакомство Тахи с барабанами.

Как-то раз Таха забегает домой, глаза горят: «Скорей пошли! Там оркестр играет!» В ресторане «Арал» играл ансамбль. Помню, мы смотрели, прильнув к стеклу, как там играли музыканты. А еще те офигительные, красные, перламутровые барабаны. Ударник в костюме с бабочкой играл щетками. Вдруг он нас заметил и подмигнул. Я, как и Таха, моментально заболел барабанами.

Когда ресторан «Алма-Ата» сгинул в пожаре, помню, Таха прибегает домой счастливый. Оказалось, на пепелище он откопал обгоревшую барабанную щетку. Таха схватил крышку от бачка с водой и тут же принялся щеточкой свинговать: тс, тс, тс-тс, тс. Мама, увидев это дело, где-то нашла два старых, убитых пионерских барабана и отнесла к бутафорам. Мастер скрепил барабаны между собой, зафиксировав на треноге, как бонги, затонировал красно-черной краской. Я помню, сколько было счастья, когда мама принесла их домой. Таха моментально подвесил на нитку крышку от умывальника. В другую руку взял срезанную с куста зачищенную ветку, закрыл глаза и принялся тарабанить. Я бегал вокруг Тахи, умоляя его дать поиграть.

У нас всегда было много пластинок. Таха, экономя деньги, бегал на базар и там покупал пластинки на рентгеновских снимках. Первая пластинка была с записью хита Билла Хэйли Rock Around The Clock. Мы стояли очумевшие и слушали. Это была первая пластинка с американской музыкой.

Потом появились первые телевизоры. У нас был «Авангард-55» с таким маленьким экраном. Все соседи приходили к нам его смотреть. То были звездные годы диктора Нелли Омаровой.

Мама начала нас таскать с собой на телевидение в оркестр Казрадио. Там мы познакомились с Валерой Юлевичем, тогда все его звали Пистоном. Мы считали за честь оказаться там. Валера был человеком аккуратным. У него все было вычищено, тарелки сверкали. Мы сидели зачарованные. У него были красные барабаны. С тех пор у нас всегда барабаны были красными. Мама, чтобы утром поднять нас с постели, включала в 8 утра радиоприемник, а в те годы «Голос Америки» по утрам ловился идеально, и в это время как раз транслировалась передача про джаз. Я помню, как мы просыпались под Луи Армстронга, Дюка Элингтона, Эллу Фитцджеральд, Фрэнка Синатру. И вот мама включала эту музыку и уходила на работу. А в это время две пары ног, торчащие из-под одеяла, подергивались в такт музыке. Помехи придавали музыке некую загадочность, поэтому слушали музыку мы еще внимательнее. В общем, ритм нас тогда покорил.

Таха, даже не окончив восьмого класса, бросил школу. Устроили Таху в магазин напротив ЦГ. Потом матушка Таху устроила чернорабочим в овощной магазин. Я, помню, прихожу, мне дают кисешку с бульоном, стакан какао, спускаемся в подвал, а там всюду мешки с мукой. И вот Таха откуда-то достает задрипанные палочки и начинает по мешкам тук-тук-тук. Когда семья переехала жить в другую квартиру, Таха остался жить на Калинина. Тогда-то его знаменитая квартира начала свое существование. Заходили пацаны «Бродовские», выставляли портвейн «Двенадцатый». Мама быстро забежит, на скорую руку салат нарежет. А пацаны с «Тулебайки», у которых родители имели возможность покупать детям реальные пласты, приносили нам эти пластинки и дарили. Так у нас стали появляться чистые записи. Даже сейчас, когда слушаю «Битлов», то слышу все подскоки. Сначала в квартиру приходили друзья, знакомые. Потом друзья знакомых стали притаскивать за собой своих знакомых и друзей. Так про эту квартиру узнал весь город.

Потому что там всегда была свежая музыка, обязательно свежие анекдоты. Позже в квартиру приходили инженеры, военные, милиционеры. Атмосферу всегда поддерживали Тахины шутки.

Трубач Валерий Баннов:

– В 1972 году я закончил Чимкентское музучилище. И приехал в Алма-Ату, поступил в консерваторию. Тахир тогда работал в ресторане «Иссык» и на радио. И вот я стал играть вместе с Тахиром.

В «Иссыке» мы тогда работали «шведским» составом: три саксофона, труба, тромбон и ритм-группа. Первое отделение было джазовым. Позднее Тахир собрал ансамбль «Бумеранг». Меня пригласили в качестве трубача. И в 1978 году мы поехали в Фергану на фестиваль. Позже нас всем составом пригласили работать к Розе Рымбаевой. У нас начались поездки на джазовые фестивали. Были мы в Новосибирске, Таллинне, Тбилиси, Киеве, много городов было.

Особенность Тахи заключалась в том – и это мое сугубо личное мнение – что он в Казахстане был лидером джазового движения. И как барабанщик, и как основной вдохновитель, который жил, грезил этой музыкой. Поэтому вокруг него всегда крутились музыканты. Он вел их за собой. Надо, конечно, отметить, что его «Бумеранг» имел свое лицо хотя бы даже на пространстве Союза. Они с Фарей отличались от всех музыкантов. Это отличие сразу было видно. Они играли «ориентальный восток». И за счет саунда, который делали Тахир с Фарей, создавалась некая неповторимость, восточная эстетика звучания. А духовые инструменты создавали орнамент. С Тахой было приятно работать. В нем ощущалась безграничная вера в то, что он делал, он отдал жизнь музыке.

На сегодняшний день музыкантов уровня Тахи нет, я имею в виду барабанщиков. Он как раз и являлся настоящим профи. Таха был тем самым музыкантом, с которым можно было играть настоящую, серьезную музыку. Настоящий, фирменный барабанщик. Таха не любил популярное в то время диско. «Я не хочу играть бит как все, отмечая доли большим барабаном», – жаловался тогда Таха. Это его раздражало. А джаз, как известно, музыка свободная.

Саксофонист Константин Добровольский:

– Была такая знаменитая группа Blood, Sweat & Tears. Так вот, Тахир играл партии Бобби Коламби, стуча на всех этих кастрюльках, крышечках, баночках. Когда вышла знаменитая рок-опера «Иисус Христос суперзвезда», Тахир выучил все ее барабанные партии наизусть. В 1967 году на фестивале в Ташкенте, когда мы были совсем молодыми, там мы взяли первое место составом с Токаревым, одним из лучших саксофонистов Союза, прекраснейшим пианистом Володей Назаровым, Маратом Ищановым на басу. Я в то время жил и работал в Ташкенте и еще не планировал переезд в Алма-Ату. Тахир с его братом тоже приехали на этот фестиваль. Там мы и познакомились. Позднее сыграли вместе очень хороший сейшн. Мы слышали, что есть такой хороший барабанщик, слышали о нем много. Но когда я его впервые услышал, то был в буквальном смысле ошарашен как раз тем, какой драйв он делал. Такой драйв, который по сей день никто не играет.

В цирковом оркестре Эдуардом Леонидовичем Богушевским были собраны музыканты, которым не было равных на всем пространстве Центральной Азии. Тахир тоже в нем играл. Там была ложа, где сидели иностранцы, которые приходили не цирк смотреть, а слушать оркестр. Все думали, что вот если лошадь скачет, то ей надо какую-то лезгинку играть. А мы играли Квинси Джонса, Босса Нова. Потому что всем известно, что лошади не слышат.

Сын Рустам:

– Отец всегда был полон идей. Был такой случай с Адилем Базильбаевым, клавишником из «Роксанаков». У отца стояло старое, черное пианино. И вот он как-то раз говорит, мол, пианино надо разобрать, будем делать из него барную стойку. Мы с Адилем начали его разбирать, снимать все эти струны, аккуратно их сматывать. Зря, бар не появился. Как-то раз отец купил люстру. Я его спрашиваю, а инструкция есть. Нет, отвечает, но я ее вам нарисую. Отец не мог жить без шуток.

Он был больше другом, чем отцом в общепринятом понимании. Никогда не ругал, не кричал. А вот советовать – всегда пожалуйста. Он, как профессиональный музыкант, давал очень ценные советы. Но уроки он никогда со мной не делал. На родительские собрания не ходил. Кроме музыкального материала была у отца потрясающая коллекция ударных инструментов. Мне удалось спасти ударную установку отца – ТАМА. Кое-что из других перкуссий. Хотя утащили гораздо больше. Кто-то брал на запись, а потом не возвращал. Отец и не спрашивал никогда. Все надеялся на человеческую совесть. Отец успел понянчиться с моим сыном. И первые шаги внука он видел и был так счастлив. Отец научил мою жену тянуть лагман. Когда я работал в оркестре, заходил к нему каждый день. Потом, устроившись в магазин, времени стало меньше. Да, отец выпивал. Но здоровьем он обладал неимоверным. Перепить его не мог никто. Конечно, с одной стороны, мне это не нравилось, но с другой – это была его жизнь, которая его устраивала. В нем постоянно происходил творческий процесс. Многие музыканты приходили и, слушая отца, сидели с открытыми ртами. У отца были свои ученики. Он был терпеливым наставником.

Некоторые из них сегодня преподают. Отец никогда не работал ради денег. Он играл от души и для души. Для него любое выступление было важным. Во время выступления он выкладывался на все сто. Свинг, который когда-то играл отец, до сих пор никто не может повторить.

Дочь Алина:

– Мне 20 лет и среди моих ровесников есть те, кому нравится эта музыка. Мы ходим на все джазовые концерты. Мы делимся записями. Брат записывает, а я раздаю копии друзьям. Я папу запомнила самым добрым, самым веселым человеком. Для меня он всегда был идеалом. Ни какая-нибудь звезда кино или шоу-бизнеса, а только папа. Я никогда не испытывала комплексов по поводу того, что мой папа не бизнесмен, а музыкант. Бизнесу можно научиться.

А чувство музыки, позволяющее музыканту вкладываться в инструмент всей душой, всем сердцем, дано не каждому. Я всегда гордилась папой.

Жена Людмила:

– Тахир весь был в музыке. Он жил ею, как все настоящие музыканты. И она для него была самым главным. Детей он, конечно, очень любил. Но и без общения с музыкантами жить не мог. Люди в доме были каждый день. Во времена, когда с музыкальной информацией было туго, у Тахира она была всегда. Когда мы жили на Калинина, в нашей маленькой комнате собиралось до 20 человек. Все, кто приезжал в наш город, все шли к нам: актеры, музыканты. Он был центром притяжения. Все его знали. Всех вели к нему в квартиру. Гостили у нас Яак Йоала, «Ялла», «Поющие гитары», Стас Намин. На кухне велись беседы, шли жаркие споры. Он был большим ребенком. В нем всегда бурлили идеи. И как только у него рождалась новая идея, он полностью в нее погружался, он жил ею, у него горели глаза. Его страсть к музыке передалась мне.

Тахир не гнался за деньгами. Для него ни социальный статус, ни наличие денег не были главными приоритетами. Музыка – вот чем он жил. Он мечтал о том, чтобы в Алма-Ате на постоянной основе проходили джазовые фестивали. Как-то раз в город приехали американские джазмены. Всемирно известные, маститые музыканты выступали во дворце имени Ленина. После концерта Тахир договорился и устроил с ними музыкальный сейшн в ресторане «Алма-Ата». Тахир был счастлив, но из-за общения с иностранцами его сделали «невыездным». А в радиопрограмме «Голос Америки», которую мы все слушали, про Тахира что-то сказали. Его долго не выпускали за границу. К нам даже довольно долго один кагэбэшник захаживал. Тахира эти визиты сильно напрягали. И только когда Тахир начал работать с Розой Рымбаевой, его стали выпускать. Вы же знаете, что Тахир принимал участие в создании ансамбля «Арай», в котором играли Боря Серкебаев, Булат Сыздыков, Яша Хан и другие известные музыканты. Последние дни жизни Тахира были трагичными, в первую очередь для него самого – он не мог играть: одна рука практически перестала работать. Но Тахир никогда не терял присутствие юмора. Сегодня все маститые музыканты, наверное, понимают, что таких барабанщиков сегодня нет.

Максим Боранбаев

Источник: guljan.org

Еще одна статья о Тахире Ибрагимове.

31 марта, в Казахской государственной филармонии имени Жамбыла - вечер джазовой музыки памяти Тахира ИБРАГИМОВА. http://news.nur.kz/122091.html Воспоминания друзей.

 
Интересный материал? Поделись с другими:

Комментарии  

 
0 #3 tadgikov.net 2017-01-11 17:30 В 1998 году Таха в составе алматинского сикстета выступает на Ежегодной джазовой Конференции в Нью-Йорке. Цитировать
 
 
0 #2 Administrator 2014-12-08 12:38 Для Адика. А вы о каком Тахире Ибрагимове? В этой ветке написано о Тахире Ибрагимове джазмене,он ушел из жизни в 2006 году. Цитировать
 
 
0 #1 Адика 2014-12-08 12:23 Уважаемые друзья помогите найти номер Тахира Ибрагимова, его близкий друг детства ищет,87022877110 Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить